Дмитрий Потапенко - окончание

О.Пашина
- А действительно ли, так велика вера, как вы говорите, в «папу»? Потому что он вчера ответил, что «я сам из рабочей семьи…, но платить будете».

Д.Потапенко
- Для себя надо понимать, что кроме «папы» никто не занимается здесь ничем. Поэтому тут вопрос не веры, а вопрос отсутствия возможностей. Если бы была возможность куда-то дернуться в другое окно, и это окно бы сработало, все бы куда-то дергались. Но тут, как бы, примет «папа» это решение или не примет, к сожалению…

В.Дымарский
- То есть это просто такая извечная российская монархическая традиция – прийти к царю?..

Д.Потапенко
- Монархическая история. Но мы сами построили эту монархию, и, к сожалению, на сегодняшний день по-другому нельзя.

В.Дымарский
- И, кстати, в связи с этим возникает вопрос: Эта система, которая вам так не нравится, да и вам тоже, и Оксане тоже, я думаю – кто, вообще, больше виноват: те, кто ее создавали – вот эти люди власти, или то, что называется, низы?

Д.Потапенко
- Нет, мы виноваты. То есть поймите правильно, «папа», он реально выходец из народа. Люди, которые рядом с ним – тоже это народ. То есть не надо себя делить на «они» и «мы». Они – это мы же.

В.Дымарский
- Это мы такие?

Д.Потапенко
- Это мы такие. Еще раз говорю: это мы такие. Когда мы переносимся на полянку, когда я общаюсь со своими коллегами-предпринимателями, это мы исповедуем вот это патерналистское отношение, то есть мы ждем все время бога, царя, отца. Я понимаю, что у нас у всех были проблемы с отцами в детстве. Но черт побери, ты же вырос! Ты уже штанишки одел, ты что-то уже в штанах держишь. Ну будь любезен, иди тогда вари щи и не морочь голову. Когда ты ждешь бога, царя и отца, тогда всё — вот тебе ярмо на шею повесили и хлыст дали. Если ты хочешь просто получить тупо других рабов, то ты-то несвободный человек…

В.Дымарский
- Не только бога, царя и отца, а еще и государство. Все же хотят, чтобы тебе государство что-то такое сделало. Сам ничего не хочешь сделать.

Д.Потапенко
- Конечно. Не будешь делать. Вот об этом, собственно говоря, когда Оксана задавала вопрос, что каждый из нас может сделать: каждый из нас на своем месте может делать работу…

В.Дымарский
- А не идти на поклон к государству.

Д.Потапенко
- И не только к государству. Даже изменять государство… Потому что даже строительство государства российского – это такая же работа после работы. Собственно говоря, когда задается вопрос: «Вот ты ходишь на радио, телевидение…». Я точно могу абсолютно сказать… Это было лет пять тому назад еще, когда у меня не было никаких программ на радио и телевидении – я их сам инициировал. Когда мы, предприниматели, все время занываем, что вот нас СМИ неправильно отображают, я говорю: «Слышь, оторвали задницу – и пошли делать!» Вот, можно поныть… Вот я четыре года был в эфире: «Финам», «Сити», «Комсомолка», ОТР. Ребята, вот я после работы, которая, может быть, не самая большая, — я шел и работал еще раз. Ну, и не мне вам рассказывать, какие там ставки, что это не зарплата, на это прокормить семью нельзя, тем более, приходя на полчаса в эфирную студию. У меня секретарша, которая подписывала все время эти договоры, ржала просто над заработной платой, которую могут начислить, ну, потому что все понимают…

Вы говорите, чтобы о нас правильно говорили в СМИ – ну так вы сделайте что-нибудь. Я просто помню, я, встав на вашу сторону, приглашаю к себе гостей. Там небольшая сетюшка маленьких супермаркетов возле метро, торгующая молочкой – все приблизительно поняли, что это в Москве. Я пытаюсь пригласить человека на беседу. То есть я, предприниматель, где будет только экономика. Блин, мне говорят: «Обратитесь к нашему пресс-секретарю». Я так: «К кому!?» Говорю: «Вас там сколько человек?» Он говорит: «Нас сто человек, но надо к пресс-секретарю».

Вот я не знаю, как у вас, я могу вам четко внятно сказать: Если ко мне человек, чиновник приходит с пресс-секретарем, он – дебил! Огромными буквами: он дебил точно! А еще, если пресс-секретарь садиться в эфирную студию – он просто олигофрен, вариантов никаких. У меня не было ни одного ни разу… Я еще раз говорю, я не журналист, у меня кривой русский язык, «четыре» мне, видимо, ставили из-за жалости, но вот железяка: сидит в эфирной студии пресс-секретарь – я понимаю, что с гостем будет попадос. И это у меня было сто из ста. Может быть, у вас другая статистика, ничего сказать не могу. Я же, еще раз говорю, не журналист, и в союз журналистов меня не примут, потому что с языком у меня плохо…

О.Пашина
- Надо сказать слушателям по секрету, что Дмитрий Потапенко пришел без пресс-секретаря.

В.Дымарский
- Я хотел спросить. Ваш тезка Дмитрий Медведев с 8-го по 12 год – вот какая-то была смена «папы».

Д.Потапенко
- Условная, да.

В.Дымарский
- Условная. Мы же помним: «Свобода лучше, чем несвобода», «Хватит кошмарить бизнес». Ничего не сработало.

Д.Потапенко
- А это и не могло сработать. Вы поймите, коллеги, как оно могло сработать?

В.Дымарский
- Он же искренне этого хотел, я не сомневаюсь.

Д.Потапенко
- Ну, допускаю. На мой взгляд, задача идеологии – показывать розовый слонов, когда, собственно говоря, нечего жрать. Поэтому задачи идеология исполняет прямо на пять баллов. И дайте мне первые три кнопки ТВ и пару кнопок радио – и завтра все будут ходить в красных штанах и приседать. Потому что с помощью этого инструмента Овертона можно доказать абсолютно все и завтра легализовать каннибализм и считать, что самое прогрессивное движение – это каннибализм.

В.Дымарский
- Люди не понимают, что они жертва пропаганды?

Д.Потапенко
- Как они могут понять? С 1917 года: Кто был никем, тот стал всем. Мы снесли так называемую элиту. И все равно мы ждем царя. У нас за все эти века не возникло одно огромное слово: «Ответственность». Что при советской власти, что сейчас – не возникло слово «ответственность». А что такое ответственность? Это, в том числе, принимать того «папу», которого ты выбрал со всеми плюсами и минусами. Не с точки зрения пропаганды, а принимать, как говориться, и ставить ему на вид. Он менеджер, и точно так же, когда ты ставишь себе менеджера в мэры, ты будь любезен… он менеджер, это исполнитель.

В.Дымарский
- Это прямая связь между экономикой и политикой.

Д.Потапенко
- Абсолютно. Извините, меня всегда поражает… Мы, когда пытаемся ремонтировать кухню, что мы делаем? Мы худо-бедно ее чертим на бумажке, кто криво, кто косо. Потом мы ездим по магазинам: смотрим, что поставить. Потом мы думаем где это все расставить, как это все расставить. Потом мы вызываем таджиков, потом мы им по частям даем деньги, потом мы их выгоняем – меняем на следующих таджиков, и тоже ими недовольны. Ну черт побери! То есть мы, ремонтируя кухню, составляем план, требуем его исполнения и требуем увольнения человека. Так, черт побери! – государство российское – это твоя страна. Так что ж ты сидишь жопой ровно и ничего не делаешь? Ни составляешь плана… Когда ты приходишь к бюллетеню – раз в шесть лет кинул – всё, можно расслабиться! И потом говоришь: «Чё-то да, вот этот Вася Пупкин, он чего-то плохо… А давайте мы на Потапенко поменяем. Он чего-то говорит хорошо». Нет, не пойду, родной! Вот ты план составь, дай мне – я его исполню Нет плана – извини, я — мимо кассы, я не умею. Мне нужно ТЗ – чего ты хочешь получить — под названием «страна».

О.Пашина
- Они ничего не хотят. Вот вы любите исторические экскурсы. Мы за это время воспитали несколько поколений, которые радостно минимизируют свои потребности. Они говорят: «Никогда не жили хорошо, нечего и начинать» Всё. Они счастливы. Что вы хотите, сделать их насильно еще счастливее?

Д.Потапенко
- Нет, тут, к сожалению, мы вернемся к тому, когда нам назначили нового «папу», у него была уникальная возможность – это самая большая претензия – я сейчас ее произнесу, эту фразу дословно: у него была уникальная возможность принудить жить страну при демократии. Именно принудить, потому что, к сожалению, для того, чтобы человек начал нести ответственность, начал нести и думать… Если за 70 лет воспитано 4-5 поколений без слова «ответственность», к ответственности надо приучать. А к ответственности мы детей приучаем, извините, до трех лет. Потому что он должен нести ответственность за то, что он вытирает себе попу. И если он не научился вытирать себе до трех лет попу, он не будет ее вытирать и в 18 лет, и в 20, и в 30. И у нас выросло здоровое поколение здоровых лосей мужиков, которые живут с мамой. И он не может построить отношения с бабой, потому что он, блин, с мамой, сволочь, живет! Всю жизнь он живет с мамой, и вот что его мама там одобрит… Одобрит, не одобрит – это твоя жизнь. Тебе дали паспорт. Ты половозрелый здоровый лось – иди, ошибайся… Да, мы все ошибаемся, я ошибаюсь, у всех у нас вырастают шрамы и рубцы на шкуре, но это твоя жизнь, твоя ответственность. Может быть, это неправильно, но она неправильной может быть для кого, но она правильна для тебя. Будь мужиком, женщиной… человеком в конце-то концов.

В.Дымарский
- Тут главная проблема отсутствия демократии – то, что все эти чиновники – мэры, губернаторы и так далее – они отвечают только перед человеком, который их назначил, не перед избирателем.

Д.Потапенко
- Естественно.

В.Дымарский
- Хорошего назначил – хорошо. Плохого назначил – плохо.

Д.Потапенко
- Да. Рейтинг обеспечил… Когда мне один из губернаторов говорит: «Вот ты мне рассказываешь, а у меня в регионе 5 тысяч городов с населением 20 тысяч человек, и я, естественно, буду врать им, что я проложу дороги, сделаю то… Потому что экономически нецелесообразно это прокладывать». Я говорю: «Слышь, ты, мужик, ну вот хорошо, пусть тебя «папа» назначил, но дальше действуй по-мужски. Если ты понимаешь, что экономика региона не тянет туда прокладывать дороги, значит иди и общайся с этим людьми. Получай по рогам за то, что не можешь проложить дороги. И все, что ты можешь говорить: «Ребята, есть компромиссный вариант, — условно говоря, — придется переселяться туда-то…» — но это будет мужской поступок. Да, ты огребешь очень много. Да, может быть, ты отработаешь единственный и неповторимый, да, может быть, один срок, а даже, может, и не доработаешь. Но это будет создание региона. Если ты хочешь, конечно, сохранить свое кресло и жить на этим кресле ровно, то да».

К сожалению, в этом-то и проблема, что они все идут на сделку с совестью. А сейчас, по сути дела, к власти должны прийти люди, которые предадут систему. Потому что мы находимся настолько в глубоком… Вот сейчас экономисты говорят, что следующий президент получит все проблемы. Да он не получит и десятой доли проблем, потому что сейчас мы сифилис лечим присыпками. Мы полируем все, а носик-то уже провалился, он уже давно провалился. И сначала придется – к сожалению, будет очень шоковая история – осознать, что у нас нет ни носа, что у нас кости уже посыпались; и что мы раскрутили глобус, потыкали туда пальчиками и поссорились со всеми рынками…

В.Дымарский
- В общем, надо зачать нового человека, новый организм.

Д.Потапенко
- Конечно, надо зачать новое. И то, что у нас есть от нужного, всего от силы 10-20%. Вот эта пропасть между реальностью и этим заполированным сифилисным носиком, она колоссальная. Потому что, еще раз говорю: мы поссорились с рынками. Мы все время говорим, что мы боремся за то, за пятое и десятое. Еще раз говорю: экономика является первичной. А потом либо появляется политика НРЗБ она и в дерьме экономика. Другого варианта нет. Мы сами себе все порезали. Это наша проблема, в том числе, и моя. Как-то так.

В.Дымарский
- Вы очень часто в своих выступлениях ссылаетесь на зарубежный опыт. Вы работаете во многих странах и так далее. У меня тоже есть, во-первых, не предпринимательский опыт…

Д.Потапенко
- Тем не менее.

В.Дымарский
- У меня есть опыт жизни. Там тоже очень тяжело, это очень тяжелое дело – предпринимательство.

Д.Потапенко
- Однозначно. Бюрократия там в разы жестче и хлеще.

В.Дымарский
- Я во Франции жил, там ужас…

Д.Потапенко
- Там вообще социализм победил, что называется. Там надо, что называется, черненьких и желтеньких нанимать на работу. Главное – чтобы у них был местный паспорт. Там социализм победит и страна еще хлебнет этого так называемого социализма. Социализм – это всего лишь схемотехника, когда кто-то за тебя уже что-то платит, кто-то конкретный – тут надо для себя понимать. Бюрократия там существенно хуже. Но там есть другая фишка. Дело в том, что, по большом счету, государства, как машины, там не существует. Оно существует, по сути дела, в виде программного обеспечения и набора законов. То есть там чиновник уязвим. То есть можно совершенно спокойно посудиться или, там, Трампу, послать по известным адресам… Существующего президента, существующую там экономическую власть он [Трамп] может с большой трибуны послать по известным адресам, и после этого Трамп не будет лежать звездочкой и ему не будут вколачивать, что называется, эти «космонавты», как надо любить Обаму. Это не будет – от слова «совсем». У нас, извините, завтра список «Форбс» просто выйдет на трибуну «Пионерской правды», скажет что-то по поводу «папы» — и завтра [же] им скажут: «Джентльмены, пройдите сюда, распишитесь и отойдите в сторону, потому что у нас есть следующий кандидат на эту должность».

О.Пашина
- Уже никто не скажет, потому что был пример, и все всё понимают.

Д.Потапенко
- Да, уже все понимают, конечно, собственно говоря. «Мечел» у нас… «Где у нас этот джентльмен? А где у нас врачи из Следственного комитета? У нас хороший Следственный комитет, там работают хорошие хирурги». Поэтому у нас вся эта история, она развивается, понятно как.

В.Дымарский
- Ну что, будем благодарить?

О.Пашина
- Да, спасибо!

В.Дымарский
- Дмитрий, спасибо вам большое за этот эмоциональный всплеск.

О.Пашина
- Предприниматель Дмитрий Потапенко. И будем ждать.

В.Дымарский
- И приходите еще к нам.

Д.Потапенко
- Зайду, конечно.

В.Дымарский
- Может быть, раскачаете все-таки людей.

Д.Потапенко
- Я думаю, что не только… Во-первых, там основная проблема за «башнями» и «башни» рвут друг друга очень серьезно, и это все выльется наружу.

В.Дымарский
- Да, а мы безбашенные.

Д.Потапенко
- Да.

Полностью